Упр.150 ГДЗ Александрова Загоровская 6 класс (Русский язык)

Просмотровое чтение понадобится, чтобы ответить на 1 и 2 вопросы.
Ознакомительное чтение потребуется для ответа на 3 и 4 вопросы.
Поисковым чтением воспользуемся для ответа на 5 вопрос.
На 6 и 7 вопросы поможет ответить изучающее чтение.

1. Этот текст о сравнении восприятия зрителем цирка и читателем художественной литературы.

2. Текст состоит из трёх частей.

3. В первой части текста говорится о впечатлении автора о цирковом искусстве, трюках, а также о том, насколько мимолётно это восторженное впечатление от увиденного. Во второй части текста автор говорит о писательском искусстве, сопереживании главным героям книг и тем самым причастности к их вымышленным жизням. В третьей части текста автор говорит о невозможности сопереживать циркачам, о невозможности поставить себя на их место.

4. Автор упоминает следующих персонажей художественных произведений русской и мировой классики: Анна Каренина, Печорин, Робинзон Крузо, Гулливер, Том Сойер, Дон Кихот, Квазимодо, Андрей Болконский, Тарас Бульба, Дубровский, д’Артаньян. Автор делает это, чтобы читатель понял, что он имеет в виду, когда говорит о том, что может поставить себя на место того или иного героя.

5. Слово «искусство» имеет три значения:
1. Творческое отражение, воспроизведение действительности в художественных образах.
2. Умение, мастерство, знание дела.
3. Самое дело, требующее такого умения, мастерства.

В данном тексте это слово используется в первом значении.

6. Писатель размышляет о том, что в цирке сложно поставить себя на место гимнаста, циркача, в то время как это легко сделать, читая художественное произведение. Он говорит о различном восприятии искусства циркачей и писательства. В искусстве циркачей отсутствует такой важный аспект, как сопереживание герою, точнее артисту.

7. Сопереживание как одна из важнейших проблем искусства — вот основная мысль текста.

Умопомрачительное искусство циркачей. Кажется неправдоподобной эта точность движений, эта способность в такой степени управлять своим телом. Это на грани с чудом.
Но когда я смотрю цирковую программу, я после третьего номера как-то сразу перестаю всему удивляться. Мне кажется, что они всё могут. И так могут. И эдак могут. Ещё и не так могут. Невероятно, сногсшибательно, конечно, но, если они умеют так делать, что же, пусть.
Между тем вопрос не лишён интереса. В нём гнездится одна из важнейших проблем искусства.
Художник, как бы гениален он ни был, приглашает читателя (или зрителя, если это художник-живописец) в сопереживатели. Читатель переживает судьбу Анны Карениной, Печорина, Робинзона Крузо, Гулливера, Тома Сойера, Дон Кихота, Квазимодо, Андрея Болконского, Тараса Бульбы… Он переживает или сопереживает всё, что происходит с героями, как если бы это происходило с ним самим. Отсюда и острота переживания, отсюда и сила воздействия искусства. Если читатель и не подставляет себя полностью на место литературных героев, то он как бы находится рядом с ними, в той же обстановке. Он не просто свидетель, но и непременно соучастник происходящего.
В цирке этого приглашения в соучастники не происходит. Я могу вообразить себя Робинзоном Крузо, Дубровским или д’Артаньяном. Но я не могу вообразить себя на месте циркача, зацепившегося мизинцем ноги за крючок под куполом цирка, висящего вниз головой, в зубах держащего оглоблю, с тем чтобы на оглобле висело вниз головами ещё два человека и чтобы всё это быстро вращалось. Я не могу представить себя стоящим на вёртком деревянном мяче и жонглирующим сразу двадцатью тарелками.
Они это умеют, пусть делают, а я буду глядеть на них со стороны. Сногсшибательно, конечно. Но если они умеют…

2. Почему мы перестаём удивляться после просмотра нескольких номеров?
С чем связана сила воздействия искусства?

3. После просмотра третьего номера цирковой программы автор перестаёт всему удивляться. Ему кажется, что циркачи всё могут. Невероятно, сногсшибательно, но что же, пусть.

4. Искусство циркачей кажется умопомрачительным, на грани с чудом. Но после просмотра третьего номера представления я перестаю всему удивляться. В этом заключается одна из важнейших проблем искусства. Художник же приглашает читателя в сопереживатели. Отсюда и острота воздействия искусства. Читатель непременно становится соучастником происходящего. В цирке этого не происходит. Я не чувствую себя соучастником происходящего. Поэтому и перестаю удивляться происходящему.

5. В первом и третьем заданиях мне потребовалось поисковое чтение. Во втором — просмотровое. Изучающее чтение было задействовано при выполнении четвёртого задания.